Ниже – список людей, чьи идеи, книги и концепции в разной степени вошли в моё профессиональное мышление. Это не академический обзор и не рейтинг. Это личный интеллектуальный маршрут – те, кто встретился на пути и что-то изменил в понимании человека, терапии и жизни.
Экзистенциальная и гуманистическая традиция
Ирвин Ялом – через его работы я впервые встретил экзистенциальные данности как клиническую реальность, а не абстрактную философию. «Вглядываясь в солнце» до сих пор остаётся настольной книгой.
Виктор Франкл – идея о том, что смысл можно найти даже в предельных обстоятельствах, значительно влияет и до сих пор на мой взгляд на работу с клиентами в кризисе.
Джеймс Бюдженталь – его понимание присутствия терапевта как главного инструмента работы повлияло на то, как я нахожусь в контакте с клиентом. Инструменты работы, уровень присутствия, широкий спектр средств влияния на мышление клиента, способы интервенций и потрясающее умение интерпретировать происходящее. Искренность.
Людвиг Бинсвангер – первый, кто всерьёз соединил Хайдеггера с клинической практикой. Именно через него я пришёл к пониманию мира клиента как его уникального «бытия-в-мире».
Альфрид Лэнгле – то, о чём он пишет – о праве быть, о праве существовать – буквально новое веяние экзистенциальной терапии В. Франкла. Его труды для меня – это про самоценность в разных ипостасях.
Карл Роджерс – безусловное принятие и конгруэнтность, стадии развития личности как база любых терапевтических отношений, в каком бы направлении ты ни работал.
Абрахам Маслоу – иерархия потребностей, концепция самоактуализации дали мне язык для разговора с клиентами о том, чего они на самом деле хотят. Особенно его фраза: «Если вы выбираете меньшее, чем то, на что способны – вы будете глубоко несчастны всю оставшуюся жизнь».
Психоанализ и глубинная психология
Зигмунд Фрейд – невозможно понять, от чего уходишь, не зная, откуда пришёл. Фрейд – фундамент, без которого не стоит ни одна психотерапевтическая традиция. Я не исключение.
Карл Густав Юнг – архетипы, тень, индивидуализация. Юнг открыл измерение, которого Фрейду не хватало – символическое и надличностное. Предельно интересный товарищ.
Дональд Винникотт – его концепция «достаточно хорошей матери» и идея о том, что объект должен выжить после разрушения, знатно повлиял на то, как можно работать с ранними травмами развития.
Нэнси Мак-Вильямс – лучший клинический систематизатор психоаналитической диагностики. Её книги я рекомендую каждому начинающему терапевту. Не идеальна. Но знать нужно стопроцентно.
Эрих Фромм – соединение психоанализа и социальной критики. «Иметь или быть» остаётся актуальным вопросом для большинства моих клиентов. Один из первых авторов, которых я читал взахлёб.
Философия
Мартин Хайдеггер – понятия «бытие-к-смерти», «заброшенность», «подлинность» стали частью моего профессионального языка задолго до того, как я осознал их происхождение.
Жан-Поль Сартр – радикальная ответственность и свобода выбора. Иногда невыносимо, чертовски невыносимо до такой степени, что лучше исчезнуть, чем выдерживать такую ответственность.
Артур Шопенгауэр – воля как слепая сила, лежащая в основе страдания. Именно у него я нашёл первые ответы на вопрос, почему люди причиняют боль себе и другим.
Михаил Бахтин – диалог как способ существования. Без другого нет и себя. И никого нет.
Мартин Бубер – отношение «Я–Ты» как единственное место, где происходит настоящая встреча. Влияет на каждую мою сессию. Почти каждую.
Франц Кафка – не психолог, но его проза описывает внутренние состояния точнее многих клинических текстов.
Мераб Мамардашвили – редкий мыслитель, который говорил о сознании и усилии быть человеком так, что это было физически ощутимо. Один из самых продуктивных и интереснейших философов-феноменологов.
Гештальт-терапия
Фредерик Перлз – основатель гештальт-терапии. Покажите мне терапевта, который не читал Перлза с его «Помойным ведром».
Клаудио Наранхо – соединение гештальта, суфизма. Один из самых нестандартных умов в психотерапии.
Джон Энрайт – его работы о терапевтическом контакте и присутствии повлияли на понимание того, что значит быть «с» клиентом. Передаёт в ряде трудов точные технические инструменты и способы присутствия терапевта на сессии.
Анна и Серж Жинжер – их систематизация гештальт-терапии, особенно книга «Гештальт: искусство контакта», дала мне структуру там, где Перлз оставлял интуицию. Работают как пара – и это само по себе модель контакта.
Трансперсональное и духовное
Станислав Гроф – расширенные состояния сознания и перинатальные матрицы. Гроф открыл измерение, которое академическая психология долго отказывалась замечать. Да и до сих пор он считается маргиналом среди психологов академического настроя. Несмотря на это, трансперсональная психотерапия как удивительное направление продолжает расширяться во всём мире.
Чарльз Тарт – исследования изменённых состояний сознания и практики осознанности простым и доступным языком.
Кен Уилбер – интегральный подход. Попытка объять всё и не потерять ничего – амбициозно и полезно. Книга «Никаких границ» – особенно.
Роджер Уолш – работы о трансперсональной психологии и духовных практиках как психологическом ресурсе.
Карлос Кастанеда – не наука, но метафора. Идея о том, что обычное восприятие реальности – лишь один из возможных способов воспринимать и видеть окружающий мир и себя.
Шри Рамана Махарши – вопрос «Кто я?» как метод. Деконструкция Я задолго до того, как это стало модным в нейронауках.
Мирча Элиаде – архаические техники экстаза, шаманизм и сакральное как измерение человеческого опыта.
Роберто Ассаджиоли – психосинтез и работа с субличностями. Один из первых, кто включил духовное измерение в психотерапевтическую практику.
Владимир Майков – мой учитель в трансперсональной психологии. Кандидат философских наук, старший научный сотрудник Института философии РАН, президент Ассоциации трансперсональной психологии и психотерапии, главный редактор серии «Тексты трансперсональной психологии». Ученик Станислава Грофа и первый в России сертифицированный ведущий холотропного дыхания. Именно у него я осваивал метод холотропного дыхания – и эта встреча во многом определила мой путь.
Кристина Майкова – клинический психолог, кандидат психологических наук, сертифицированная ведущая холотропного дыхания (Grof Transpersonal Training), трансперсональный психотерапевт Европейского реестра EUROTAS. Со-ведущая семинаров холотропного дыхания вместе с Владимиром Майковым – живой пример того, как глубинная работа с изменёнными состояниями сознания сочетается с клинической и академической строгостью.
Отечественная психология
Александр Асмолов – психология личности и культурно-историческая традиция. Один из немногих, кто мыслит о психологии масштабно.
Борис Ломов – системный подход в психологии. Напоминание о том, что человек – не набор функций, а система.
Лев Маркович Веккер – психические процессы как единая система. Строгость мысли, которой часто не хватает гуманистам. Умение разобрать «психику на запчасти».
Константина Абульханова-Славская – «Стратегия жизни» дала мне концептуальный язык для работы с жизненным путём клиента.
Владимир Антонович Доморацкий – практическая сексология и клиническая работа с сексуальностью в российском контексте. EMDR-терапия версии 2.0.
Ирина Млодик – детская психология и работа с внутренним ребёнком. Тонко и точно. Живая речь о том, что внутри каждого, но далеко не каждый способен об этом даже думать. А она – говорит.
Шалва Амонашвили – гуманистическая педагогика как психологическая практика. О том, что происходит с человеком, когда с ним обращаются как с человеком. Особенно его художественное произведение «Амон-Ра», после которого я перечитал его всего.
Когнитивно-поведенческая традиция
Аарон Бек – когнитивная терапия и работа с убеждениями. Даже не работая в КПТ, невозможно игнорировать его вклад.
Альберт Эллис – рационально-эмоциональная терапия. Жёстче Бека, но иногда именно это и нужно.
Книги и концепции
Евгения Андреева – «Тихие чувства» – книга о том, что стыд, вина и смущение – не слабость, а навигация. Повлияла на работу с тихими, невидимыми переживаниями клиентов.
Линдси Гибсон – «Взрослые дети эмоционально незрелых родителей» – книга, которая помогла мне точнее работать с темой эмоциональной депривации в детстве. Гибсон, как и Млодик, произносит слова, обозначающие то, что клиенты чувствовали всю жизнь, но не могли назвать.
Это — далеко не полный список книг. Просто именно этими авторами я захотел с вами поделиться.
P.S. На фото изображена библиотека, где я проводил всё свободное время в период получения психологического образования.
