Опросник DES-II. Справочная информация

Что это такое

DES-II – опросник из 28 утверждений о переживаниях, которые время от времени случаются с людьми: не помнить часть дороги, обнаружить у себя вещь, которую не покупал, увидеть мир как сквозь туман. По каждому пункту человек отмечает не «да» или «нет», а какую долю времени с ним такое происходит – от 0% до 100% с шагом в десять. Результат методики – среднее по всем 28 пунктам, то есть число от 0 до 100.

От первой версии 1986 года DES-II отличается ровно одним – способом отвечать. В исходной DES нужно было ставить отметку на стомиллиметровой линии, а потом измерять её линейкой; в DES-II линию заменили числами от 0 до 100 через десять. Формулировки пунктов при этом не менялись, поэтому вся психометрика, накопленная за годы работы с DES, относится и к DES-II.

По объёму накопленных данных у методики нет конкурентов: в метаанализ 2018 года вошли 216 работ и 15 219 человек в 19 диагностических категориях, в метаанализ по детской травме – ещё 65 исследований и 7 352 человека. Русская версия («Шкала диссоциации») выполнена Н. В. Тарабриной и В. А. Агарковым и опубликована в «Практикуме по психологии посттравматического стресса» (СПб.: Питер, 2001).

Что методика делает

Даёт число, у которого есть ориентиры. В обзоре самих авторов средний балл в общей популяции – 3,7–7,8; при ПТСР – 26,1–41,1; при множественном личностном расстройстве (сейчас его называют диссоциативным расстройством идентичности) – 40,7–57,1. Метаанализ 2018 года по 216 работам добавил остальные диагнозы: диссоциативные расстройства – выше 35, ПТСР, пограничное расстройство личности и конверсионное – выше 25.

Работает как фильтр перед разговором. На отсечке 30 в мультицентровом исследовании 1 051 человека чувствительность составила 76%, специфичность – 76% в общей выборке и 85% в подвыборке, подобранной по частотам обычной психиатрической клиники. Для короткого самоотчёта это приличные цифры.

Держит число между измерениями. Повторное заполнение через 4–8 недель даёт корреляцию 0,79–0,96, внутренняя согласованность – альфа 0,95 на выборке 321 человека. Значит, заметно изменившийся балл – скорее реальная перемена, чем шум.

Показывает, о чём именно спрашивать. Самая полезная часть результата – не среднее, а перечень пунктов, отмеченных высоко. «Не помню, как оказался в этом месте» и «зачитался и не заметил времени» – два совершенно разных разговора, хотя в среднем они складываются в одну цифру.

Чего она не делает

Не ставит диагноз – и авторы говорят это прямо. В обновлении методики сказано, что высокий балл нельзя трактовать как признак диссоциативного расстройства. За этой фразой стоит конкретное число: при отсечке 30 в психиатрической выборке диссоциативное расстройство идентичности подтверждалось лишь у 17% тех, кто её превысил. У остальных 83% находили что-то другое.

Не отличает диссоциацию от общего неблагополучия. В метаанализе 2018 года средний балл выше 15 получили почти все категории: тревожные расстройства, ОКР, расстройства пищевого поведения, зависимости, шизофрения, аффективные расстройства. Самый низкий показатель – у биполярного расстройства (14,8), но и он далёк от популяционного. Повышенный балл сообщает, что человеку плохо, а не что дело именно в диссоциации.

Не разделяет обычную поглощённость и болезненную диссоциацию. Среднее по 28 пунктам складывает «зачитался книгой» с «нашёл вещи, которых не покупал». Таксометрический анализ показал, что болезненная диссоциация – не верхний край одной шкалы, а отдельный тип, распознаваемый по восьми пунктам; к нему относится около 3,3% населения. Высокое среднее вполне может набраться из одних только пунктов про поглощённость.

Не даёт трёх самостоятельных шкал. Деление на амнезию, деперсонализацию и поглощённость выросло из факторного анализа, но сами авторы писали, что пока невозможно установить, измеряют ли субшкалы отдельные составляющие диссоциации – или просто частоту, с которой люди соглашаются с этими пунктами. Читать субшкальные проценты как три независимых вердикта нельзя.

Не проверяет, как человек отвечает. Шкал достоверности в методике нет: ни преуменьшение, ни преувеличение симптомов не отслеживаются. Метаанализ 1996 года отдельно отмечает чувствительность DES к эффектам самоподачи и к условиям, в которых её заполняют.

Не говорит, откуда взялись переживания. Опросник спрашивает только про частоту, но не про причину. Связь диссоциации с детским насилием и пренебрежением реальна, но распределения сильно перекрываются: в метаанализе 2018 года у переживших насилие среднее 23,5, у переживших пренебрежение – 18,8, в сопоставимых контрольных подвыборках – 13,8. По баллу нельзя восстановить биографию.

Как читать результат

Смотрите не на среднее, а на конкретные пункты. Один и тот же балл 25 у одного человека набирается из «часто ухожу в фантазию», у другого – из провалов памяти. Первое – про особенность внимания, второе – повод не откладывать разговор со специалистом.

Порог 30 – исследовательская договорённость, а не граница здоровья. Он настроен так, чтобы пореже ошибаться в сторону лишнего, и потому многое пропускает: у психиатрических амбулаторных пациентов отсечка 30 не заметила 46% диссоциативных расстройств, подтверждённых потом диагностическим интервью, а отсечка 20 – 25%. Балл ниже 30 не означает «всё в порядке».

Возраст имеет значение. Балл слабо, но устойчиво снижается с возрастом: у двадцатилетних он в среднем выше, чем у пятидесятилетних. Одно и то же число в этих двух случаях говорит о разном.

Результат зависит от того, в каком состоянии вы заполняли опросник. Метаанализ прямо рекомендует усреднять DES по нескольким измерениям, а не полагаться на одно: шкала во многом отражает сегодняшний взгляд на прошлые переживания. Заполненная в тяжёлую неделю, она даёт завышенное число.

Инструкция про алкоголь, наркотики и лекарства – не формальность. Оценивать нужно только те эпизоды, которые случались вне их действия, иначе методика меряет не диссоциацию, а фармакологию.

Ограничения

• Главная поправка для открытого сайта – базовая частота. Цифра «17% высоких баллов оказались настоящими» получена в психиатрических учреждениях, где диссоциативные расстройства встречаются часто: в амбулаторной клинике их находили у 29% обследованных. Среди читателей общедоступной страницы их доля несопоставимо ниже, а значит, при тех же чувствительности и специфичности доля ошибочных срабатываний среди высоких баллов здесь ещё выше.
• Психометрика собрана в клинических и студенческих выборках 1980–1990-х годов, преимущественно в Северной Америке, при заполнении на бумаге под наблюдением. Данных о том, как методика ведёт себя при самостоятельном онлайн-заполнении, найти не удалось.
• Русская адаптация Тарабриной и Агаркова существует и используется в исследованиях, но отдельно опубликованных данных о её надёжности, валидности и русскоязычных нормах в рецензируемом источнике я не нашёл. Сравнивать приходится с американскими цифрами.
• Разбивка на три субшкалы в тесте на сайте распределяет все 28 пунктов, тогда как опубликованное авторами факторное решение охватывает только 23 и относит их иначе: амнезия – пункты 3, 4, 5, 6, 8, 10, 25, 26; поглощённость – 2, 14, 15, 16, 17, 18, 20, 22, 23; деперсонализация и дереализация – 7, 11, 12, 13, 27, 28. Пункты 1, 9, 19, 21 и 24 не входят ни в один фактор. Субшкальные проценты разумно читать как грубый профиль, а не как три отдельных измерения.
• Дискриминантная валидность подтверждена слабее остальных свойств. Метаанализ 1996 года нашёл отличную конвергентную валидность (d = 1,82; N = 5 916) и хорошую предсказательную для диссоциативных расстройств (d = 1,05; N = 1 705), но именно способность отделять диссоциацию от смежных явлений оценил сдержанно.
• Сама связь диссоциации с травмой сложнее расхожего представления. Обзор в Psychological Bulletin (2008) отмечает, что подтверждений связи диссоциации с ранней травмой по объективным показателям на удивление мало, зато диссоциативные баллы устойчиво связаны с внушаемостью, склонностью к фантазированию и когнитивными сбоями.

Пройти опросник DES-II

Источники

• Bernstein E. M., Putnam F. W. (1986). Development, reliability, and validity of a dissociation scale. Journal of Nervous and Mental Disease, 174(12), 727–735 – первая публикация методики – https://doi.org/10.1097/00005053-198612000-00004
• Carlson E. B., Putnam F. W. (1993). An update on the Dissociative Experiences Scale. Dissociation, 6(1), 16–27 – первоисточник DES-II: смена формата ответа, надёжность, факторная структура, предупреждение о диагнозе – https://scholarsbank.uoregon.edu/server/api/core/bitstreams/28b2dc3b-66c3-4b4e-b05f-efe842ee473f/content
• Carlson E. B., Putnam F. W., Ross C. A., Torem M., Coons P., Dill D. L., Loewenstein R. J., Braun B. G. (1993). Validity of the Dissociative Experiences Scale in screening for multiple personality disorder: a multicenter study. American Journal of Psychiatry, 150(7), 1030–1036 – чувствительность, специфичность и прогностическая ценность отсечки 30 – https://doi.org/10.1176/ajp.150.7.1030
• van IJzendoorn M. H., Schuengel C. (1996). The measurement of dissociation in normal and clinical populations: meta-analytic validation of the Dissociative Experiences Scale (DES). Clinical Psychology Review, 16(5), 365–382 – конвергентная и предсказательная валидность, чувствительность к самоподаче – https://doi.org/10.1016/0272-7358(96)00006-2
• Waller N. G., Putnam F. W., Carlson E. B. (1996). Types of dissociation and dissociative types: a taxometric analysis of dissociative experiences. Psychological Methods, 1(3), 300–321 – выделение восьмипунктового таксона болезненной диссоциации (DES-T) – https://doi.org/10.1037/1082-989X.1.3.300
• Waller N. G., Ross C. A. (1997). The prevalence and biometric structure of pathological dissociation in the general population: taxometric and behavior genetic findings. Journal of Abnormal Psychology, 106(4), 499–510 – около 3,3% населения относятся к таксону болезненной диссоциации – https://doi.org/10.1037/0021-843X.106.4.499
• Lyssenko L., Schmahl C., Bockhacker L., Vonderlin R., Bohus M., Kleindienst N. (2018). Dissociation in psychiatric disorders: a meta-analysis of studies using the Dissociative Experiences Scale. American Journal of Psychiatry, 175(1), 37–46 – 216 работ, 15 219 человек, средние баллы по 19 диагностическим категориям – https://doi.org/10.1176/appi.ajp.2017.17010025
• Vonderlin R., Kleindienst N., Alpers G. W., Bohus M., Lyssenko L., Schmahl C. (2018). Dissociation in victims of childhood abuse or neglect: a meta-analytic review. Psychological Medicine, 48(15), 2467–2476 – средние баллы у переживших насилие, пренебрежение и в контрольных подвыборках – https://doi.org/10.1017/S0033291718000740
• Giesbrecht T., Lynn S. J., Lilienfeld S. O., Merckelbach H. (2008). Cognitive processes in dissociation: an analysis of core theoretical assumptions. Psychological Bulletin, 134(5), 617–647 – критический разбор связи диссоциации с травмой, внушаемостью и склонностью к фантазированию – https://doi.org/10.1037/0033-2909.134.5.617
• Foote B., Smolin Y., Kaplan M., Legatt M. E., Lipschitz D. (2006). Prevalence of dissociative disorders in psychiatric outpatients. American Journal of Psychiatry, 163(4), 623–629 – 29% диссоциативных расстройств среди обследованных амбулаторных пациентов; источник данных о пропусках при отсечках 30 и 20 – https://doi.org/10.1176/ajp.2006.163.4.623
• Leeds A. M., Madere J. A., Coy D. M. (2022). Beyond the DES-II: screening for dissociative disorders in EMDR therapy. Journal of EMDR Practice and Research, 16(1), 25–38 – обзор ограничений DES-II и аргументы за более низкие отсечки – https://doi.org/10.1891/EMDR-D-21-00019
• Carlson E. B., Armstrong J. G. (1994). The diagnosis and assessment of dissociative disorders. В кн.: Lynn S. J., Rhue J. W. (ред.) Dissociation: clinical and theoretical perspectives. New York: Guilford, с. 159–174 – источник, на который ссылается страница теста при указании порога 30
• Тарабрина Н. В. (ред.) Практикум по психологии посттравматического стресса. СПб.: Питер, 2001, с. 197–208 – русская версия методики («Шкала диссоциации», адаптация Н. В. Тарабриной и В. А. Агаркова)

Страница носит справочный характер. Ни один опросник не является основанием для диагноза.