Психолог при ПТСР

Если коротко: я психолог экзистенциально-гуманистического направления и EMDR-терапевт — подробнее на главной странице. Одно из направлений моей работы — переработка последствий травматических событий: и тех, что случились однажды, и тех, что тянулись годами. Онлайн, на русском, английском или португальском, из любой точки мира.

С чем обычно приходят

Почти никто не приходит со словами «у меня посттравматическое стрессовое расстройство». Приходят с другим:

• Событие было давно, а реакция как будто вчера. Запах, звук, поворот разговора — и тело отвечает так, будто всё происходит снова.
• Жизнь потихоньку сузилась. Не ездить той дорогой, не смотреть новости, не оставаться одному, не спать в темноте. Каждое избегание по отдельности разумно, а вместе они съели половину доступного.
• Сон. Или его отсутствие, или сны, после которых просыпаешься уставшим сильнее, чем ложился.
• Вспышки, которые самому непонятны. Сорвался на близких из-за ерунды, а потом стыдно и страшно: что со мной.
• «Со мной ведь ничего такого не случалось». Это отдельный и очень частый случай — когда травма набралась не из одного события, а из длительного: детство, отношения, работа, война фоном.

ПТСР и комплексное ПТСР — это разные вещи

Различие не академическое, от него зависит, как строится работа. ПТСР обычно вырастает из конкретного события: авария, нападение, катастрофа, потеря. Есть точка на оси времени, до и после. Комплексное ПТСР вырастает из длительного, повторяющегося и такого, откуда нельзя было уйти. К симптомам ПТСР добавляется то, что затрагивает самого человека: устойчивое ощущение собственной испорченности, трудности с тем, чтобы выдерживать свои же чувства, и разрушенная способность быть с людьми в близости. Поэтому во втором случае бессмысленно «переработать эпизод» — эпизода как такового нет. Работа идёт дольше и устроена иначе.

Что происходит на консультации

Первая встреча — разговор, а не процедура. Я спрашиваю, что привело, что происходит сейчас и как вы с этим живёте. Мне важно понять не столько событие, сколько то, как оно продолжает вас касаться. Я не прошу пересказывать травматическое событие в подробностях на первой встрече. Это распространённый страх, и он обоснован: неподготовленный подробный пересказ может ухудшить состояние. Сначала нужна опора — способ вернуться в настоящее, если накрыло. Только потом всё остальное. Дальше мы договариваемся о том, с чем работаем и в каком темпе. Темп — ваш. Это не вежливая формула: при травме ощущение, что тебя ведут туда, куда ты не готов, воспроизводит ровно то, из-за чего вы пришли.

Как я работаю

EMDR

Метод, разработанный специально для переработки травматических воспоминаний. Коротко устройство такое: вы удерживаете в голове тяжёлое воспоминание и одновременно выполняете задачу, которая занимает рабочую память — чаще всего следите глазами за движением. Воспоминание при этом никуда не девается, но перестаёт быть таким ярким и заряженным. Подробнее — в моей статье о том, как движения глаз помогают при травме.

EMDR 2.0

Здесь используются разные виды билатеральной стимуляции — не только движения глаз, но и звуковая, и кинестетическая. К ним добавляются эриксоновские и классические гипнотические техники, имажинативные приёмы и элементы когнитивно-поведенческой терапии. Смысл такой конструкции в том, что рабочая память нагружается сильнее, а переработка идёт сразу через несколько модальностей восприятия, а не через одну. По моему опыту это работает заметно мощнее, чем протокол первой версии. Отдельно в 2.0 входят расширенные протоколы: работа с зависимостями, с комплексным ПТСР и с теми состояниями, в которых первая версия оказывается недостаточно эффективной.

Метод молодой: в работе себя показывает, публикаций пока немного. Если интересна исследовательская сторона — первая работа, где 2.0 сравнили с обычным протоколом.

Экзистенциальная терапия

После ряда тяжёлых событий ломается не только сон, и дело не только в кошмарах, которые возвращаются раз за разом. Очень часто ломается само устройство мира и представление человека о нём: что мир в целом предсказуем, что с тобой такого не случится, что ты в состоянии на что-то влиять. Никакая переработка воспоминаний сама по себе этого не чинит. Вот здесь работает экзистенциальный подход, которому я учился у последователей школы Джеймса Бюдженталя. Он захватывает разные области жизни сразу. Он сложен и малопредсказуем — потому что психика конкретного человека вообще плохо предсказуема. Он занимает значительно больше времени, работает с глубокими слоями и способен вывести на уровень осознания то, что не получается достать ни самостоятельно, ни более поверхностными классическими подходами, которые заведомо сужают объём психической жизни.

Гештальт-терапия

Мои супервизоры и мои личные терапевты работают в гештальт-подходе, да и сам я начинал профессиональный путь именно с него. Поэтому в моей работе много элементов работы с чувствами, потребностями и границами контакта. Это про то, как человек контактирует с собой: не разрывает ли он контакт со своей ответственностью, со своими чувствами, со своими потребностями. А если разрывает — мы смотрим, как это чинится. Экзистенциальному подходу гештальт не противоречит. Он его расширяет и приводит в систему то, что в экзистенциальной терапии порой выглядит размытым.

Проверить себя до разговора

На сайте есть бесплатные опросники — они не ставят диагноз, но помогают понять, о чём имеет смысл говорить. Результат можно сохранить в PDF и принести на встречу.

Формат и стоимость

Частые вопросы